Это же отношение
Византийские строители - Оустерхаут Р.
41 
Это же отношение заметно в их изображениях архитектуры. В таких рукописях как Ватиканские гомилии монаха Иакова Коккиновафа, Синайские гомилии Григория Назианзина, Патмосский свиток литургических текстов на миниатюрах персонажи часто вписаны в обрамление, напоминающее церковь, увенчанную куполом и сводами54. Воспроизводимый объект часто описывают и совершенно напрасно — как церковь, представленную в разрезе, делая даже попытки идентифицировать изображения с конкретными храмами. Но, хотя на этих изображениях детали выполнены точно, а материалы и орнаментика тщательно отделаны, — общая форма здания остается неясной. Начертить план хотя бы по одной из этих миниатюр абсолютно невозможно. С другой стороны, изображения конкретных зданий ограничены лишь некоторыми легко узнаваемыми деталями, как в сцене перенесения мощей Иоанна Златоуста в константинопольскую церковь св. Апостолов (в Менологии Василия II).55 Действие происходит на фоне церкви св. Апостолов, обозначенной только отчетливым контуром ее куполов.
Энтони Катлер подчеркнул недавно, что оригинальность произведений ценят потому, что нас приучила к этому культура.5** Действительно, трудно судить о художественной продукции иной культуры, не переведя ее на язык'своей собственной. Такие слова как абстрактность, респонсивность, оригинальность, творческий характер, обладают сегодня совершенно особым значением, и, пожалуй, не имеют соответствий в словаре византийца, а потому должны употребляться с осторожностью. Но, тем не менее, огромное разнообразие, обнаруживаемое в византийской архитектуре, продолжает требовать объяснения. Соответственно, анализируя творческий процесс в архитектуре Византии, мы должны руководствоваться теми же принципами, которые столь очевидно проявляются в описаниях и изображениях зданий, рассмотренных выше. Действительно, детали зданий считали гораздо более важными и потому им уделяли гораздо больше внимания, чем целому. Но творческий подход в мелочах, затронув избранные части зданий, мог далее повести к введению новых архитектурных формул и в более крупном масштабе, а затем и к изменению всего способа восприятия здания. Например, концентрация на малых формах и деталях могла привести к выходу на первый план программ мозаик и фресок или к их умножению; к восприятию декоративных качеств конструктивной кладки или к небольшим изменениям в основной схеме здания. Введение новых элементов, пусть затрагивавших лишь малые формы или части зданий, при консервативности установок мастерских также могло иметь значение.