Итак, хотя подход к зданию в византийский период был очень практическим, навязчивые уверения Герона, что ремесленник должен строить, «работая над композицией и соотнесенностью одного с другим»89, пожалуй, ближе всего к формальной характеристике византийской архитектурной теории. Конечно, у Герона речь идет о совершенно ином типе архитектуры, и тем не менее, это можно точно также отнести и к проектированию церквей, их планов и объемов, как мы это делали, обсуждая квадратуру и модульные построения. Возможно, Мутсопулос, рассуждая о «гармоническом сечении» в построении вертикальных членений и используя для раскрытия архитектурных соотношений равнобедренный треугольник, подходит ближе всего к идеям Герона. Впрочем, что бы ни определяло основные элементы дизайна, архитектура или геометрия — и та, и другая были важны для процесса проектирования.
ГЛАВА IV
-ж* ажным элементом развития новых типов строительства и новых варищ% антов планировки в постпереходный период была адаптация или модификация существующих архитектурных форм. Многие здания изменялись в ходе строительства или сразу после его завершения в силу тех или иных особых требований конкретного проекта. Другие видоизменялись при позднейшей перестройке, на втором строительном этапе. Наконец, в некоторых случаях, значительные перемены вносили при повторении готового проекта.
В предыдущей главе уже было высказано предположение, что план церкви обычно разбивали прямо на месте, без применения архитектурного рисунка, и что процесс проектирования продолжался после того, как начинали строительство, а возможно, — даже и после его завершения. В этой главе рассматривается идея о том, что подобная трансформация строящегося или уже построенного здания есть метод, аналогичный «чистому» проектированию. Хотя полностью представить те решения, которые принимались в процессе строительства, может оказаться невозможным, все же источники — письменные и археологические — отчасти позволяют увидеть этот процесс изнутри.