Однако в переходный период сама профессия архитектора изменилась. Могла ли не измениться практика? Для постпереходного периода ясные указания на византийский архитектурный чертеж отсутствуют, и вполне могло сложиться так, что чертежи зачастую вообще не использовались.
В средневизантийских текстах есть несколько неясных указаний на черчение, но их интерпретация осложнена отсутствием в языке технической терминологии, поэтому такие указания следует рассматривать в контексте. Например, в житии эксцентричного столпника XI в. Лазаря Галисийского рассказано, как святой руководил строительством новой трапезной в своем монастыре под Эфесом. «Когда строители готовы были воздвигнуть нашу трапезную, отец наш, стоя на вершине своего столпа, разметил длину и ширину для строителей, указывая ее пальцами правой руки».1Й Один из монахов пожаловался, что «план создаваемого» (ахтщатшрбс; тог) ёрусо) абсурдно велик для немногочисленной братии, но святой отвечал в восторге: «Если вы построите, они умножатся».

Позволим себе заметить, что, во-первых, трудно как создавать, так и использовать чертеж, стоя на вершине колонны. Во-вторых, монах мог наблюдать только полноразмерный план, начерченный на земле. Наконец, слово 5aKtvXo5ЈiKT(ov, значащее «показывая пальцами», соотносимо с теми жестами, которые делает Гунзо, объясняя план церкви аббату Гуго из Клюни на миниатюре (рис. 33). Возникает впечатление, что братья передвигались, обозначая размеры здания по месту, а Лазарь с высоты направлял их действия. Вне контекста выражение ахщапардд той ёруоь может звучать как относящееся к рабочему чертежу, но в контексте это выглядит иначе.