Хотя и в средний, и в поздневизантийский период добыча и производство новых строительных материалов продолжались, сполии использовались постоянно. По мере того, как разрушались старые здания, их разбирали, пуская и кирпич, и камень на новые постройки. Сполии шли в дело даже тогда, щгда строительство заказывали люди самого высокого ранга. При этом не брезговали и самыми простыми материалами. Так, для строительства Пантократора в XII в. использовали огромное количество старого кирпича. Его размер колеблется от 39x38x5 см до 26x26x3.5 см, и многие экземпляры имеют позднеантичные штампы. Поль Магдалино предположил, что на этом месте до постройки монастыря было позднеантичное имение и кирпич, возможно, взят оттуда. Рельефы церкви св. Полиевкта (VI в.) также оказались в Пантократоре, но уже тогда, когда монастырь был преобразован в мечеть в конце XV в.67 Вторичное использование строительного материала было обычным в Константинополе, и эта практика продолжалась в течение всего османского периода.68 Подобные примеры в византийскую эпоху можно встретить и в других бывших местах классического мира. Например, в XIII в. в Пергаме дома целиком строились из кирпича и камня, взятого из античных памятников, хотя для крыш производилась новая керамическая черепица.69 В монастырях Хоры и Паммакаристы в пристройках начала XIV в. использовали вновь добытый камень и новый кирпич хотя последний, возможно, клали вперемежку со старым.
На отделочный материал спрос зачастую был так высок, что его часто снимали с еще исправных зданий. Иоанн I Цимисхий, не жалевший средств на постройку церкви Спасителя у ворот Халки в 971 г., добыл все необходимые материалы, разрушив бани Ойкономейон в Большом Дворце.70 Вероятно, это касалось и мраморного декора. Никита Хониат отмечает, что император Исаак Ангел (1185—1195 гг.), который «кроме всего прочего... очень стремился строить невероятные здания» снял мраморные плиты пола и облицовку стен из Большого Дворца (возможно, из Неа Экклесиа), пустив их на реконструкцию церкви св. Михаила в районе Анаплос.71