
видны; они есть и в кирпичных, и в каменных рядах (рис. 81, 131 — 133). Близость строительной техники в двух зданиях, отделенных почти столетием, на которое приходится к тому же латинская оккупация, может указывать на устойчивость приемов в работе мастерских столицы Византии.
Некоторые вариации встречаются и в зданиях, сложенных в технике с утопленным рядом. В Пантократоре и в субструкциях Гюль Джами многие отверстия уровнены с открытыми рядами кирпича между двумя утопленными рядами (рис. 154). То же самое может оказаться и в основной части Гюль Джами, однако недавнее грубое покрытие ее штукатуркой скрыло все следы.89
В некоторых зданиях, связанных с Константинополем, таких как Карагедик Килисе (X или ХГ вв.) в долине Ихлара, отверстия от балок служат ясным указанием на особую группу, которая здесь работала. Ряд отверстий в сплошной каменной кладке протесаны в камнях, через которые проходили балки: это прием, в Константинополе неизвестный (рис. 155).90 Похожие отверстия появляются в одном ряде кладки на южном фасаде Чанли Килисе (рис. 17).91
Укрепляющие конструкции из дерева
По мере возведения стены, каменщики закладывали в их толщу сбитые или соединенные врубками по углам балки, чтобы упрочить конструкции на то время, за которое раствор наберет предельную прочность (рис. 156). Этот прием уже отмечен нами в связи с описанием фундаментов, и с той же целью деревянные связи применяли в арках, сводах и куполах, о чем будет речь в следующей главе. Сохранившиеся деревянные элементы обязательно должны

изучаться дендрохронологами, которые могут существенно помочь в датировании памятника.92 Однако в таком влажном климате, каков константинопольский, дерево в большинстве случаев разлагается, оставляя только систему отверстий и каналов, свидетельствующую о наличии в прошлом дерева в кладках. По утверждению Велениса, размещение деревянных балок в стенах еще один фактор, характеризующий типичные для мастерской приемы.93