Масштабность жилой среды

Архитектурный дизайн. Функциональные и художественные основы проектирования - Ткачев В.Н.

Масштабность жилой среды рассчитана на от­носительно небольшие дистанции внутреннего об­зора, что определяет характер членений поверх­ностей, масштаб предметного наполнения, вид, размеры и форму аксессуаров, деталировка кото­рых воспринимается оптимально на расстоянии вытянутой руки. В функциональных связях поме­щений дизайнерский интерес привлекают визу­альные векторы (просматриваемость простран­ства) и непосредственный переход между отдель­ными помещениями (смена освещенности и «перепады» стилистического решения смежных пространств должны программироваться в режи­ме мягкой адаптации).

Последовательность восприятия пространства развертывается от получения общей информации и средовых ориентиров, через освоение взглядом и сознанием крупных помещений, к оценке их де­талей. Примерно по такой же схеме знакомится с домом пришедший в гости сосед или забравший­ся в квартиру вор.

Компоновка пространства осознается и за­крепляется мнемоническим уяснением плана, по­скольку для единовременного обзора он недо­ступен. По морфологическим свойствам среда оценивается как компактная или раскрытая (рас­члененная), симметричная или асимметричная, линейная или центричная, с простой или сложной конфигурацией плана.

В своем стремлении к бытовому комфорту ин­терьера, а затем и к его эстетическому осмысле­нию, человечество определилось раньше, чем в решении внешнего образа среды обитания. Отно­шение семьи, стремящейся к обособленности, но, с другой стороны, зависящей от общественных связей, к внешнему миру складывается либо в виде откровенного тезиса «мой дом — моя кре­пость», либо как вежливая отстраненность. И если внутренний мир жилища был организован в соот­ветствии с бытовыми, художественными и религи­озными установками хозяина (которые казались индивидуальными, а на самом деле только интер­претировали общие сложившиеся традиции), его фасад и главный элемент фасада — вход — офор­млялись двухсмысленной символикой, которую пришелец мог толковать как доброжелательность, враждебность или спокойное достоинство силы. Кроме того, вход в дом вообще считался сакраль­ной границей внешнего и внутреннего про­странств, и самым важным элементом его оформ­ления была защитная символика разного уровня абстракции, сопровождаемая и правилами пере­сечения границы дома: ритуальными жестами и текстами, запретами наступать на порог и т.д.