
Важное значение для осознания системы пространственной организации объемов здания имеет их визуальная связь. Прозрачность перехода из одного пространства в другое, зрительная интеграция пространств, «простреливаемость» многократно обогащают впечатление о здании в целом. Силуэтное многообразие «оде;;оде» интерьера — его ограничивающим поверхностям — придают моделированные профили покрытий: складчатые, сводчатые, со сменными уровнями и рельефом, верхним естественным освещением, а гакже полы — решенные единым уровнем или с перепадами высот, в виде театрона зрительного зала, с выявлением антресолей или пространства-колодца.
Архи лекторы барокко с большим вгусом использовали сценографическую технологию чередования многоплановых картин интерьерных пейзажей со сменой освещенности, эффектом соединения лестницами пространств разного уровня, изменением наюавления движения. С большим мастерством игра пространств гередана в гравюрах Д. Пиранези и театральных декорациях П. Гонзага (рис. 1.2.6).
В отличие от внешней среды для полноценной психофизиологической оценки внутреннего пространств зданий к зрительным впечатлениям добавляются ощущения физического комфорта и безопасности, предметной наполненности, осознание принципов функционального соподчинения пространств. Тестирование на человеческий масштаб регулирует градиент эстетического пафоса у зрителя при виде алькова королевской спальни в Версале или интерьера площади Св. Петра.
Контур пространства не обязательно указывает на трассы его освоения при движении или обзоре. В выставочном зале, например, график движения фиксируется расстановкой стендов, в офисе — стеклянными перегородками, в цехе — станками. Существенным показателем пространства является плотность его предметного наполнения. Плотность внутренних масс гипостильных залов в Карнаке или Луксоре (рис. 1.2.7) несопоставима с разреженностью Дворцовой площади в Санкт-Петербурге.